Не следуй желаньям других!

Уже 3,5 года Джефри Аутло непрерывно путешествует по миру, и недавно одной из точек его маршрута стал Екатеринбург. ЕКАБУ встретился с путешественником, который поделился с нами философией своей новой жизни.


«Я жил как все. Изо дня в день я делал то, чего ждали от меня окружающие – родственники, друзья, общество. Это длилось 25 лет, а потом я заболел», - рассказывает путешественник Джефри Аутло. Некогда успешный бизнесмен воплотивший «американскую мечту», пять лет боролся с лейкемией и, победив, решил, что больше не вернется к существованию хомячка в клетке.

— С каким чувством вы продавали все свое имущество и вступали в новую жизнь путешественника?

— Это было время больших перемен. Раньше я жил как все: окончил университет, начал карьеру, открыл собственный бизнес и работал больше 20 лет. В какой-то момент я стал чувствовать себя, как хомяк в колесе. Я уже не мог думать креативно, заботился только о вещах - о доме, о мебели и т.д. Нужно было перестроить свою жизнь, и к этому меня подтолкнула болезнь.

Не могу сказать, что мне было комфортно начинать все с нуля, но я знал, что для моего здоровья, для моего будущего нужно что-то изменить. Я ощущал свободу, когда избавлялся от всего, что у меня было. Я совершенно изменил свое видение – больше никаких забот о вещах, о том, где и как их хранить! Это было прекрасно! Конечно, я также чувствовал страх, он как будто сковал меня за две недели до отправки в путешествие. Раньше я бывал только в Канаде и Мексике, нигде больше. Улететь за пределы Северной Америки в Европу было большим шагом для меня. Ты можешь прочитать книгу, но не можешь пережить события, описанные в ней, пока сам не попробуешь.

— Путешествуя, от чего или за чем вы бежите?

— Некоторые обвиняют путешественников в том, что они от чего-то бегут. Но на самом деле мы бежим не «от», а «за», за чем-то новым. Для меня это было бегство навстречу новой жизни, новым идеям, новому способу мышления. И, конечно, я хотел расстаться с прошлым – с рутинной жизнью хомячка в клетке, с работой по 16 часов в сутки, с огромным стрессом, с болезнью.



— Что вы должны сделать в новой стране, новом городе, чтобы узнать их?

— Моя цель всегда – понять культуру через архитектуру, изобразительное искусство, музыку, танцы, еду и религию. В большей мере все это ты узнаешь через семью, которая тебя принимает, когда ты становишься частью их жизни – слушаешь их песни, идешь с ними на службу в церковь, ешь вместе с ними. Конечно, мне очень нравятся музеи, я был в Эрмитаже в Санкт-Петербурге, в Лувре в Париже, в Уффици во Флоренции… Все это прекрасно, но только часть целостной картинки – портрета страны. Музеи хороши для дождливых дней.

— О каждой стране существуют какие-то устоявшиеся представления. Развенчиваете ли вы эти стереотипы, посещая новые государства?

— Конечно, американцы думают, что в России по улицам ходят медведи. А русские в свою очередь считают, что в Америке каждый второй – гангстер. Нет? А… Вы думаете, что мы все едим много гамбургеров, пьем «Колу» и толстеем. Да, конечно, все американцы очень толстые! На самом деле, когда ты начинаешь путешествовать, ты понимаешь, что каждая страна особенная, и в ней все устроено так, чтобы комфортно было не тебе, а ее жителям.

— Что вас удивило, когда вы впервые приехали в Россию?

— В августе 2010 года я первый раз был в России в Санкт-Петербурге. Меня поразила французская архитектура, город выглядел очень по-европейски. Я узнал, что русские люди очень дружелюбные и что у вас очень хорошая еда. Мои любимые блюда – это селедка под шубой, борщ, пельмени и блины.



— В некоторые города и страны вы возвращаетесь. В какие и почему?

— Я был в 101 стране мира. Так как раньше я не путешествовал, каждое новое место я открывал впервые, это был для меня некий тест-драйв. Я возвращаюсь в те страны, где мне особенно понравилось, чтобы узнать их лучше. Я трижды бывал в Турции, в Стамбуле. Это удивительное место. Как и Екатеринбург, оно расположено на границе Европы и Азии. Стамбул – очень интересный исторический город. Я был в Санкт-Петербурге четыре раза и дважды на фестивале «Белые ночи». Трижды я приезжал в Бирму, где сохранились красивейшие храмы. Эта страна долгое время была закрытой, там не было туристов, поэтому она сохранила свою неиспорченность. Дважды я был в Бразилии, где на севере живут африканские бразильцы, а на юге – европейские. Интересно, что у них все по-разному - разная еда, разная музыка.

— Сейчас весь мир открыт для вас. Остались ли еще какие-то непреодолимые границы?

— Да. Это мои страхи, над которыми я работаю, которые преодолеваю. У меня были очень серьезные проблемы со здоровьем, я был на грани. До клинической смерти я боялся за свою жизнь, но после неё эти страхи развеялись. Теперь у меня остаются другие опасения, те, которые тревожат многих людей, - что останется после меня, что я смогу создать?

Я путешествую уже 43 месяца и продолжу заниматься этим столько, сколько смогу. Я ежедневно получаю новую информацию, знания… «Во что все это выльется?», –спрашиваю я себя. Может быть, я напишу книгу или смогу научить других тому, что узнал сам.

Не хочу показаться сексистом, но, на мой взгляд, женщина успешна уже тогда, когда у нее есть дети, а мужчина обязательно должен оставить после себя что-то еще. Эти мысли тревожат меня уже четыре года. И за последние три недели, что я провел в Екатеринбурге, я сильно продвинулся в своих размышлениях. Я понял, что жизнь меняется для меня. Впервые после 43 месяцев путешествий я собрал аудиторию, по просьбе преподавателей УрГПУ я сделал презентацию и разговаривал с людьми о том, что для меня важно. О жизни. О счастье. О путешествиях.

На первый взгляд, мои истории о том, как перемещаться по миру дешево или бесплатно, но на самом деле их смысл шире и глубже. Я рассказываю, как работал, как старался быть успешным в глазах семьи и друзей, как пытался доказать им, что меня есть за что любить и уважать. И это чуть не убило меня. За пять лет болезни я понял, что мы намного здоровее и счастливее, когда следуем за своей мечтой, когда делаем то, чего хотим сами, а не стараемся соответствовать ожиданиям общества. Путешествия могут стать толчком для того, чтобы изменить жизнь, задать себе вопрос: «Делаю ли я то, что действительно люблю? А если нет, чего я боюсь, что меня останавливает?». Именно об этом я говорил своим слушателям.



— На сколько месяцев и стран расписан ваш маршрут?

— Сегодня я делаю только то, что приносит мне счастье. Я не ставлю конкретные цели. Мне кажется, они не нужны. Обычные люди живут по плану, который более-менее подробно расписан. У меня его нет. Я посылаю Вселенной запрос, он довольно общий, без мелких деталей. В ответ Универсум дает то, что мне нужно. Я всегда готов отправиться туда, куда меня поведет. Может быть, завтра я вернусь домой, а, может, поеду еще куда-нибудь…

— Жизнь путешественника – это постоянные перемены. Осталось ли у вас что-то постоянное, стабильное?

— Я подсел на путешествия, на постоянную смену мест, людей, культур. Я сделал эти поездки стабильными. Они для меня – постоянство. Я знаю это, потому что уже четвертый раз огибаю земной шар. И всегда, когда я должен сделать трехнедельную остановку в США для получения виз, я чувствую себя очень некомфортно. Это состояние среди путешественников называется «revers culture shock» – обратный культурный шок. Он преследует многих людей, которые долго бывают в разъездах, а потом возвращаются домой – там все кажется непривычным.

— Есть ли у вас какая-нибудь вещь, с которой вы не расстаетесь в поездках?

— Это моя сумка с флагами тех стран, где я побывал. Иногда небольшие вещицы, которые мне дарят. И еще я вожу с собой кольцо с выгравированной цифрой 7. Эта семерка означает семь континентов. Было ли кольцо сделано специально для меня? Нет. Я просто нашел его в США перед тем, как отправиться в свою первую поездку. Оно мне нравится и является неким символом моих путешествий.



— Наверное, в каждой стране вы получаете подарки от новых друзей и знакомых. Как вы их храните?

— Все зависит от того, где я сейчас нахожусь. Иногда я их собираю, упаковываю и отправляю домой. Если до возвращения в Штаты остается не больше шести недель, вожу подарки с собой. У меня уже скопилась небольшая коллекция.

— Нет ли у вас соблазна однажды, может быть, через много лет, вновь обрести дом и вести оседлый образ жизни?

— С одной стороны, я думаю, качество моих путешествий изменится, может быть, даже в этом году. Возможно, я стану больше времени проводить дома в Америке, восемь месяцев жить там, а четыре – путешествовать. Но, с другой стороны, я вряд ли когда-то вернусь к обычной жизни, к ординарности. Я хочу принимать вызовы судьбы и отвечать на них. Хочу побывать в центральной Азии – в Туркменистане, Узбекистане, Таджикистане, Кыргызстане. Получить визы в эти страны очень трудно. Я хочу объездить разные части Африки. Но у меня нет цели посетить все страны мира.



Автор: Ксения Каргаполова