Нужны ли современной армии танки

Развернувшаяся в последнее время дискуссия о дальнейшей бесперспективности использования в боевых действиях танков, основывающейся на опыте проведения СВО и массового применения дешевых беспилотников, эффективно их уничтожающих. Дискуссия обострилась в связи с тем, что танки с обеих сторон были выведены с линии боевого соприкосновения и изредка используются для ведения огня с закрытых позиций.


Насколько серьезны и обоснованы заявления о бесперспективности танков, можно рассмотреть на примере развития новых систем оружия и противоядия к ним. Появление пулемета заставило искать средства защиты человека и доставки оружия на поле боя, так появились танки. Для борьбы с ними были разработаны воздушные и наземные противотанковые средства, ракетное вооружение, но эффективность бронетехники сохранялась. Появление дешевых беспилотников, против которых пока нет противоядия, практически обесценило явные преимущества танков.




Существует версия, что беспилотные системы смогут обеспечить решение всех задач при ведении боевых действий. А кто же на земле будет занимать территорию и закрепляться на ней? Это прерогатива пехоты, и заменить ее нечем. Всякий бред, что это сделают роботы, можно и не рассматривать. То есть пехота останется «царицей полей», и ей необходимо достойное огневое сопровождение и защита, что делала на поле боя бронетехника.

Танки являлись основной ударной силой сухопутных войск, и достойной замены им пока не найдено. Беспилотник не может заменить танк на поле боя, он решает только часть требуемых задач по расчистке поля боя от противника и его поражающих средств. До появления беспилотников бронетехника вполне успешно решала возложенные на нее функции, и первые годы проведения СВО только подтвердили это.

Можно задаться вопросом, а не появись беспилотники, остались бы танки основной ударной силой? По всей видимости, остались, и продолжилось бы их усовершенствование, всё двигалось по пути создания сетецентрической системы управления общевойсковым боем со встраиванием в нее танков как одного из определяющих элементов управления боевыми действиями.

Однако в сегодняшнем виде в условиях ведения современного боя они для этого явно не годятся, требуются новые подходы и современное поколение машин с учетом сегодняшних реалий и требований. Вполне обоснованно танки на последнем этапе СВО были выведены с линии боевого соприкосновения, и существует иллюзия, что это навсегда.

При этом надо понимать, что для наступающей пехоты замены танков и легкой бронетехники сегодня нет, она открыта для всех средств поражения и не может производить эффективных наступательных действий. Отсюда появление малочисленных групп пехоты с просачиванием в глубину обороны противника и последующим закреплением местности. Такими методами совершать серьезные наступательные действия нереально, и не просто так СВО перешло в позиционный тупик.

Стоит напомнить, что с 60-х годов в сложившихся тогда условиях весь мир по примеру Советского Союза перешел на концепцию единого танка, похоронив существующее в то время разделение на легкие, средние и тяжелые танки. С учетом сегодняшних реалий такая концепция уже устарела, и требуются новые подходы в обосновании теории ведения общевойскового боя и использования в нем бронетехники.

Новую концепцию кто-то должен разрабатывать и обосновывать, и здесь стоит вспомнить опыт Советского Союза, где в оборонной промышленности существовали ВНИИТрансмаш, отрабатывающий принципы развития танков, три конкурирующих танковых КБ и ряд специализированных НИИ и КБ по разработке различных элементов для танков. В Минобороны была Бронетанковая академия, разрабатывающая теорию применения танков, и полигон на Кубинке для проверки и проведения испытаний новых образцов.

Работала мощная военная и промышленная отрасль на решение конкретных задач развития бронетанковых сил. Сейчас ничего этого и близко нет, Бронетанковая академия, ВНИИТрансмаш и многие НИИ и КБ закрыты, полигон на Кубинке влачит жалкое существование, из трех конкурирующих танковых КБ осталось только одно, и это КБ Уралвагонзавода разрабатывает непонятно кому нужные поделки.

Всё произошло не случайно, уже при распаде Союза отрасль умирала, никому ничего не было нужно, и мне пришлось столкнуться с этим при разработке последнего советского танка «Боксер», являвшегося одним из основных элементов сетецентрической системы управления боем. Для разработки такой системы требовались усилия многих отраслей промышленности, как бы напрямую не имеющих отношения к танкам, и на все наши попытки привлечь Минобороны, Минрадиопром, Минпромэлектронику, Минпромсвязи к разработке необходимых элементов системы был один ответ: у нас всё есть, и нам ничего не надо. Уже в 90-м мы добились выхода на головного разработчика систем управления космического челнока «Буран» (НИИАП им. Пилюгина), нас там быстро поняли и готовы были включиться в работу, но Союз развалился, и всё пошло прахом.

С развалом Союза все эти работы, естественно, были свернуты, мы более тридцати лет жили на советском заделе и теперь оказались как с той старухой у разбитого корыта. Еще пытаются как-то совершенствовать последнее поколение советских танков, но это уже не решает проблемы и ничего не может изменить, пришло другое время, и надо кардинально менять устоявшиеся подходы.

В это безвременье началась ничем не обоснованная пустая болтовня о создании какой-то новой бронетехники и танков-роботов без всякого обоснования ее применения на поле боя, без предъявления требований к ее составу и характеристикам, к тому же не имея необходимых технических средств для решения такой сложной проблемы. Под эту шумиху за последние десятилетия на Уралвагонзаводе появились интересные изделия, непонятно кому и зачем нужные: БМПТ «Терминатор», «безбашенный» танк «Армата» и очень удивил последний уродец — дистанционно управляемый танк «Штурм».

Много шума наделал танк «Штурм», показанный недавно на командно-штабных учениях, и разработка которого ведется уже восемь лет. Интересно, кто на него выдавал техническое задание и какие задачи этот макет танка должен решать? Для каких целей он разработан, какую эффективность обеспечивает, как точно стреляет, почему у него сокращенный экипаж и управляет несколькими танками, есть ли помехозащищенные и криптоустойчивые каналы связи с машиной управления, какое оружие у него должно быть на борту, как он взаимодействует с вышестоящими командирами, подчиненными и приданными подразделениями, как вписывается в единую систему управления боем. Таких «почему» можно задавать очень много, только ответов на них нет.

Действительно, созданный макет на базе безнадежно устаревшего Т-72 дистанционно управляется и даже куда-то стреляет, позади идет машина управления и выдает требуемые команды. Конечно, для показухи сделать и продемонстрировать такой образец не сложно, только какое отношение это имеет к созданию современного танка с возможностью дистанционного управления.

Для сведения, дистанционно управляемый танк был продемонстрирован на полигоне еще в конце 70-х, а невозможность из-за загрузки членов экипажа танка сократить его до двух человек мне пришлось обосновывать еще при создании советского танка «Боксер», и пушка калибра 152 мм уже тогда стояла и стреляла на танке, а успешное вождение танка по телеизображению на экране оказалось невозможным, так как механику-водителю требуется объемная картинка.

Прежде чем разрабатывать новый танк, прежде необходимо определиться, какие задачи в современном бою он должен решать и какие цели поражать, какие танки и их модификации нужны на поле боя, какие для танка наиболее опасные средства поражения противника и как с ними бороться, каким оружием оснащать танк и как его защищать, как противостоять беспилотникам, как он должен быть встроен в современную сетецентрическую систему управления боем и какими системами обмена информацией должен быть оснащен. Кто-нибудь в России из причастных к этой проблеме задумывается над ее разрешением? На примере демонстрации всяких «Штурмов» это не наблюдается.

Сегодня понятно, что концепция единого танка не может решить всех стоящих перед ним задач (каждой идее свое время) и на нем невозможно разместить все необходимое, требуется семейство бронетехники с машинами различного назначения, оснащенных под решение конкретных групп задач с обязательным учетом критерия эффективность/стоимость. Также невозможно на борту каждой машины обеспечить гарантированную защиту от всех средств поражения, по всей видимости, необходимы комплексные подходы с защитой группы машин или конкретного места поля боя.

Попытки с конца 70-х создать активную защиту каждого танка ни у кого в мире не увенчались успехом, а разработанную тогда КАЗ «Арена» до сих пор пытаются представить современным шедевром конструкторской мысли. Порочная идея активной защиты с определением траектории летящих в танк средств поражения и расчетом точки встречи с поражающим боеприпасом из-за своей измеряемой миллисекундами быстротечности требует сложнейших технических решений, которые почти за полвека так и не были найдены.

Создание современного танка не может быть осуществлено силами одного танкового КБ, это должно быть объединение усилий многих коллективов в разных отраслях науки и техники, разрабатывающих необходимые для него системы и приборы, без которых он в принципе не в состоянии выполнять возлагаемые на него задачи. Головное КБ по выданным военными требованиями разрабатывает концепцию машины, выдает смежным структурам задания на составные части машины (семейства машин) и объединяет всех на реализацию заданных требований.

В сегодняшней России такого объединения усилий никак не наблюдается, к сожалению, Минобороны и Ростех не смогли выполнить эту роль, а демонстрация всяких поделок не может заменить целенаправленную работу по обоснованной оценке условий ведения современного общевойскового боя и целесообразности применения в этих условиях бронетехники, выработке требований к ней и созданию мощной кооперации разработчиков всего необходимого для такой сложной техники.

Сейчас мы находимся в переломном моменте, когда наработанные предыдущими поколениями способы и механизмы ведения боевых действий ломаются и требуется серьезное их переосмысление. Начинать, по всей видимости, надо не с поделок, а создания небольшого коллектива специалистов от военных и промышленности для анализа сегодняшнего состояния технических средств ведения общевойскового боя с учетом приобретенного опыта на полях СВО и оценки перспектив и возможностей их развития. Только на основе такого анализа можно вырабатывать требования к современным техническим средствам ведения боевых действий, в том числе к бронетехнике, а также требований к промышленности по производству всего необходимого.

Всё это может потребовать возрождения утерянных советских компетенций и развития новых, но для создания мощной и технически оснащенной российской армии на это придется идти. Конфликт с Западом на украинском плацдарме — это всего лишь прелюдия к серьезному противостоянию с экзистенциальным противником, и к нему надо ответственно готовиться.