Куда пойти учиться сегодня, чтобы в наше тревожное время иметь работу завтра

Экзистенциальный вопрос о том, куда пойти учиться после школы, с недавнего времени стал еще острее. Теперь все чаще говорят, что поступить в 10-й класс становится целым приключением, а путь из 9-го лежит в колледжи и училища. Да и если удается перепрыгнуть этот барьер, то не факт, что всем гарантировано высшее образование и получение профессии мечты, которая будет востребована.


Десятиклассница Марина уже много лет ходит на языковые курсы и помимо школьного английского учит французский и испанский: «В следующем году я хочу поступить либо в Вышку, либо, если получится, в МГУ. Английский у меня хороший и разговорный, и письменный. Французский я пока рассматриваю как хобби, а испанский буду этот год подтягивать как дополнительный. Надеюсь, что все будет хорошо, и если не ВШЭ или МГУ, то буду пробоваться в другие вузы, где есть языки».

По мнению Марины, знание именно европейских языков будет востребованным в мире и в том числе в РФ в ближайшее время, несмотря на нынешний разлад с Западом: «Это все мы переживем, поэтому подстраиваться под то, что сейчас, недальновидно. Умение находить общий язык — это классно, за этим все равно будущее. В идеале я хочу стать синхронистом. Если нет, то переводчиком в какой-нибудь крупной компании. Не исключаю, что буду искать возможность уехать из страны, если здесь не будет применения».

Перешедший в 9-й класс Михаил планирует пойти учиться на архитектора, но боится, что его могут «завернуть»: «У нас так ребяток, которые старше меня на год, в этом году “обрадовали”. Многие хотели в вузы, но их отсеяли по баллам, они в 10-й класс тупо не попали. Пришлось куда-то в колледжи идти. Я сам этого опасаюсь, например, математику я не на твердую пятерку знаю. С рисунком и графикой все хорошо, дизайнерские и инженерные программы я уже лет с двенадцати начал учить. Но страх все равно есть, что в 10-й класс могут не пустить». Мама школьника рассматривает варианты подачи документов в частные и платные школы после 9-го класса, но опасается, что там довольно высокий конкурс и мест не очень много. Возможно, полагает она, придется отдавать сына в колледж с профессиональной архитектурно-дизайнерской подготовкой, а после уже получать высшее образование.

Действительно, как недавно писал «Москвич Mag», школьники и их родители жалуются, что их не берут в 10-й класс, фактически вынуждая уходить в колледжи и техникумы. Некоторые директора объясняют ситуацию сокращением количества мест и нехваткой учителей.

С 2023 года в России действуют новые образовательные стандарты, которые позволяют школам формировать только специализированные 10-е и 11-е классы и отказывать ученикам в поступлении туда. Но, как рассказывают учителя, есть и такие школьники, которые с радостью получают СПО, то есть среднее профессиональное образование. Для такой категории существует федеральный проект «Профессионалитет», который предусматривает сжатые сроки обучения и упор на практику в получении рабочих профессий.

Как считает в беседе с «Москвич Mag» замдиректора Института образования НИУ ВШЭ Илья Коршунов, никакой разнарядки по переводу выпускников 9-х классов в колледжи нет. Он считает, что направления СПО популярны, и это обусловлено «возможностью более быстрого выхода на рынок труда и получения денег»: «Молодежь хочет жить самостоятельно, иметь финансовую независимость, поэтому многие готовы устраиваться на простые профессии. Технологические профессии, конечно же, популярнее, но и на простые так или иначе сохраняется большой спрос у 20-летних. Одновременно это не означает, что интерес к высшему образованию снижается. После трудоустройства работники со средним образованием понимают, что им нужно выходить на новый уровень, и постепенно добирают высшее образование в различных форматах — в заочном, в онлайн-формах. Так или иначе количество людей с высшим образованием растет. Государство много вложилось в систему среднего профессионального образования. В подготовку кадров, которые готовят колледжи, вкладывался и бизнес. Поэтому сегодня в учреждениях СПО произошло колоссальное обновление материально-технической базы, что делает работу и учебу крайне интересной. Это тоже влияет на выбор в пользу колледжей».

К тому же, добавляет Коршунов, профессии, которым учат в колледжах, например станочник ЧПУ или монтажник РЭА (радиоэлектронной аппаратуры), очень близки к инженерным направлениям, которые готовят вузы. Но, продолжает собеседник «Москвич Mag», «так или иначе постепенно выпускники колледжей будут получать высшее образование, рассматривать профессиональные переподготовки для того, чтобы выйти на уровень рабочего с инженерными навыками».

И тут возникает вопрос, а какие профессии сегодня и в ближайшие годы будут нужны рынку труда. По данным на конец июня, которые «Москвич Mag» предоставили в сервисе Superjob, наиболее востребованными являются позиции инженера-конструктора и электромонтажника в строительстве, инженера-технолога и слесаря в промышленности, продавца-консультанта, программиста, водителя грузовика, врача-терапевта и медсестры процедурного кабинета. Самыми высокооплачиваемыми профессиями российского рынка труда, по данным Superjob, остаются программисты. По некоторым позициям московские работодатели готовы платить им до 380 тыс. рублей в месяц. При этом, хотя зарплатные предложения для программистов выше, за год они не изменились, а предложения для ИТР и рабочих от промышленных предприятий растут. Также в сервисе отмечают, что рынок труда меняет образовательные потоки: выпускники школ в качестве будущей профессии чаще выбирают инженерные, врачебные и рабочие специальности, а не IT.

Руководитель направления «Бренд работодателя» группы компаний Ancor Виктория Старостина в беседе с «Москвич Mag» отчасти подтверждает эти данные: «Сейчас в Москве больше всего нужны квалифицированные рабочие и инженерно-технические специалисты, сотрудники в сфере логистики и работы складов, а также профессионалы из STEM и IT (точные науки, инженерия). Это сварщики и мастера общестроительных работ, операторы и наладчики автоматизированных линий, инженеры по эксплуатации и автоматизации, главные инженеры. В логистике — комплектовщики, кладовщики, операторы складской техники, персонал распределительных центров и городских хабов, водители и сотрудники транспортной логистики. В STEM/IT — прикладные математики и информатики, программисты, специалисты по информационной безопасности, Data Science и искусственному интеллекту, плюс часть медицинских и фармацевтических профессий. В ближайшие пять-шесть лет этот перечень принципиально не изменится: рабочие и логистические профессии будут оставаться в дефиците из-за демографических ограничений, недостатка трудовых мигрантов и активного развития логистической инфраструктуры, а спрос на STEM и IT будет поддерживаться углубляющейся цифровизацией и внедрением ИИ во все отрасли. При этом устойчивый спрос сохранится и на врачей, а также на часть экономико-правовых ролей».

При этом Старостина отмечает, что хоть молодые специалисты и вчерашние выпускники нужны рынку, работодатели стали к ним более требовательны: «Сам по себе диплом почти не воспринимается как входной билет в профессию: работодатели смотрят на реальные навыки, участие в проектах, наличие стажировок и практики, умение работать с цифровыми инструментами и системами на базе искусственного интеллекта. Во многих компаниях, особенно в промышленности, логистике, финансовом секторе и IT, действуют стажерские программы, форматы для “джуниоров” и корпоративные центры практического обучения, где студентов и недавних выпускников берут на ранней стадии и доучивают под свои задачи».

Согласно опросам Superjob, 75% компаний принимают в штат выпускников колледжей и 76% — выпускников вузов без опыта. Для обладателей дипломов колледжей и вузов самые высокие шансы получить первый оффер — в сфере продаж, на производстве и в финансовом секторе, говорит в беседе с «Москвич Mag» представитель сервиса.

«Рынок довольно четко разделяет зоны, где нужнее выпускники колледжей, и зоны, где без вуза не обойтись, — добавляет Виктория Старостина. — В рабочих и прикладных инженерных профессиях — на заводах, стройках, в агропромышленном комплексе, логистике и складской инфраструктуре — особенно востребованы как раз выпускники колледжей. Они быстрее выходят в практику, обладают конкретными прикладными навыками и готовы работать с современным оборудованием, поэтому предприятия активно сотрудничают с колледжами, берут студентов на практику и целевой набор. В сложных STEM-направлениях, искусственном интеллекте, аналитике данных и ряде высокоуровневых инженерных ролей приоритет остается за выпускниками вузов, потому что здесь необходимы глубокая теоретическая база и соблюдение жестких регуляторных требований, а без высшего образования формально невозможно заниматься значительной частью этих профессий. В IT ситуация смешанная: на прикладные и стартовые роли работодатели готовы брать сильных выпускников колледжей и людей после интенсивной переподготовки, но на сложные, архитектурные и исследовательские позиции университетская подготовка остается серьезным преимуществом».

А что о профессиях будущего думают представители науки, которые профессионально погружены в эту тему? Довольно нетривиальной позиции придерживается экс-замминистра образования, академик Российской академии образования Александр Асмолов. По его мнению, сейчас наиболее востребованы те профессии, «по которым получают среднее профессиональное образование и становятся, например, ювелирами, специалистами по косметологии и так далее». «Эти профессии были и остаются самыми востребованными во всех странах мира. Доходит до абсурда. Сегодня намного сложнее найти талантливого сантехника, чем способного инженера», — добавил в разговоре с «Москвич Mag» Александр Григорьевич.

Также он уверен, что «всегда будут востребованы мастера знания языков»: «Если вы хорошо знаете разные языки, то, что бы там ни было, вы можете быть кем угодно и не пропадете. Одна из самых годных специальностей будущего — это специальность переговорщика».

Илья Коршунов считает, что сейчас и в перспективе останутся востребованными компетенции, связанные с использованием цифровых технологий и применением искусственного интеллекта: «Наиболее доходная профессия связана с кибербезопасностью современных компьютерных сетей и систем. Пользуются спросом операторы станков с ЧПУ. Сегодня это фактически программисты, обеспечивающие роботизированное изготовление различных деталей. Популярны монтажники РЭА (радиоэлектронной аппаратуры). В Москве заработная плата таких голубых воротничков может достигать 200 тыс. рублей. И при этом условия работы и в переносном, и в прямом смысле просто стерильные».

Раз речь зашла об искусственном интеллекте, то мы не могли не спросить о том, не грозит ли развитие нейронок «убийством» некоторых профессий.

«Новые технологии на протяжении всех времен приводят к смене профессионального ряда, и это неизбежность, — считает Илья Коршунов. — Бояться того, что ИИ как-то принципиально изменит ландшафт, на мой взгляд, не стоит. А то, что некоторые профессии постепенно начнут исчезать — это факт. Например, серьезные проблемы будут у тех, кто работает с бухгалтерским и кадровым учетом — некоторые процессы уже передаются ИИ. Среди них — простой наем персонала, отслеживание резюме, элементарные вычисления и так далее. Эти простые профессии постепенно будут уходить в историю и станут заменяться сложными, с использованием более технологического оборудования и принципов работы, в которых активно участвует ИИ. Обработка данных тоже под угрозой, потому что с этим уже сейчас справляются нейросети. Проблема и опасность искусственного интеллекта в том, что он может ошибаться. В каком-то смысле это закрытая коробочка, в которой мы не до конца понимаем, что происходит. Отслеживание этих ошибок и умение управлять ими как раз и есть отдельная компетенция — безопасность применения ИИ».

По мнению Александра Асмолова, ИИ «никогда ничего уничтожать не может»: «Уничтожают только люди, использующие ИИ. Искусственный интеллект снизит количество профессий, сводящихся к рутинному труду, там, где не надо работать в ситуации новизны. Эти профессии, так или иначе автоматизированные, смогут быть “переданы” ИИ как помощнику человека, чтобы он освободился для более творческих задач».